sheol_superkomp: (Вопрос-ответ)
[personal profile] sheol_superkomp
Обзор за период с утра по три часа пополудни 13 октября по времени Аркана 08 по ЧМ

Предыдущая инфа здесь, ранее смотрите по метке "Сантал"

Это суд, который происходил на Арийской Территории, в городе Аркан, около которого расположены владения семьи Аспида.

Напоминаю: Хост – дежурный следователь, который принял жалобу Сантала и его родных (Аспид, Марина, Гера) на хулиганское похищение их Астентаром. Вот тут про это мы с Астом рассказывали.

К полудню собрался трибунал – то есть общественный суд, в отличие от "обычного" или "военного" суда, производимого комендатурой или штабом. Формально можно было обойтись и обычным, который произвёл бы либо дежурный следователь, либо начальник комендатуры, либо начальник штаба – но в нашем случае общество захотело поучаствовать. Собралась разношёрстная публика, ибо наше дело вызвало общий интерес не только благодаря задетой теме, но и из-за гостей. Вследствие запроса Хоста Центру прибыли такие замечательные лица, как Амай – легендарный основатель арийской столицы, со своим не менее легендарным братом Павлином, основателем Северного Города. А также явились скандальной известности господин Лидер с не менее скандально известным господином Тэром – меня это особенно тронуло, ибо они, вместе с Анъе и Германом, были подсудимыми достославного суда 01 года по Черте Мира.


Но ещё до начала нашего суда произошло несколько эпизодов вокруг Аста.

Аст:

Сперва пришли два чувака, постарше и помоложе, оба играя желваками на скулах, и сурово сказали, что они отец и сын, которые не могут найти общего языка хоть убей, и поэтому пусть я их убью или ещё как-нибудь пошлю в то место, где родителям, говорят, удаётся восстановить понимание и доверие с детьми. Они дескать узнали, что я хозяин такого места, и пришли меня просить их туда забросить – но не знают цены, пусть я её назову.

Пока я объяснялся с этими, из-за двери моей камеры ещё один чувак заорал, чтобы его тоже убили заодно, потому что ему тоже туда надо. Я попросил у этих двух разрешения и впустил этого третьего, и мы все объяснялись кучей. У этого не было актуальных проблем с младшими или старшими, он просто услышал краем уха про приключение Аспида и загорелся идеей замёрзнуть и попасть в какое-то небывалое место.

Мне не хотелось завязывать их на себе, да и причины не было, на мой взгляд. Так что отца и сына я переправил в Сады БеллМарины, им там самое место. Про цену сказал – или бутылка рома, или неразменный пятак, или продать душу, на их усмотрение. Теперь жалею: надо было сказать, что цена – выучить стихотворение или математическое правило.

Чуваку с идеей криостранствия я отдал завалявшуюся у меня визитку Сары Мардр, главного мнемота ойкумены, и посоветовал слегка оторвать задницу от паперти и самому добраться до Востока или где там Сару можно найти. Но потом этого чудика перехватил Малик – не знаю, заморозил или что.

Тем временем ко мне забежал мой следователь, Майор Хост: хотел выяснить поточнее, какие на меня вообще действуют вещи, если суд надумает меня как-то карать. А то несолидно получится: будут судить-рядить, спорить до хрипоты, приговорят к расстрелу – а я нерасстреливаемый, к примеру. Придётся придумывать другую казнь, значит опять спорить, а все уже охрипли – и что делать, спрашивается? Так что пусть мы с Хостом сейчас прикинем списочек, что со мной можно производить и с какими последствиями, чтобы трибуналу было из чего выбирать.

А если серьёзно, то его интересует, зачем мне самому нужен этот суд, чего я жду от затеи. Он же мол не дурак и понимает, что если бы я не хотел, то фиг бы меня привлекли к суду санталовы родственнички – не пошёл бы и всё, кто в этом мире может меня заставить? Уж не Шеол с Интерполом и не СОС.

Хост признался, что опасается, что я настолько близко к сердцу принял заявы Аспида и Ко, что я им никто, потому как они типа божьи люди, а не нежить как я – что решил от печали пойти под суд, получить полной мерой как человек и тем им доказать, что я – ну не то что их "не хуже", а типа что отношусь всерьёз к их жизни, их физическим законам естества и прочему. Типа пусть убедятся, что я способен к страданию, а значит и к любви и всё такое. Это Хост, значит, приметил, что я изменился в лице, когда они разорались, что я им не родственник и они не видят и видеть не хотят ничего общего между нами. (Да, я тогда попереживал, но сейчас это уже в прошлом.)

Хост сказал, что слыхал о таких проблемах у разных иноприродных ребят – один на принцип позволил себя допрашивать и чуть не спровоцировал повесить, потому что его аманту кто-то там из ревности твердил, что любить нежить – это как любить автомат или хрустальную чашу. А другой на принцип так даже и дал себя бичевать и распять.

Я успокоил Хоста: не, я не комплексую, что я нежить и притом могучая. Не страдаю то есть этим комплексом, а наслаждаюсь. Да, я добровольно ввязался в эту тяжбу: не хочу, чтобы они считали, что я с позиции силы и вседозволенности попираю их представления о достоинстве и безопасности, мол – утритесь своими соплями, потому что я вас сильнее и буду делать с вами что хочу. Так вот нет, я готов отвечать за свои поступки: считаете себя обиженными – давайте разбираться, кто тут самый обиженный, я только за!

Хост покивал – это твой выбор, но если заявлено "я плачý", то нельзя превращать плату в имитацию. Жизнью тут никто не заплатил, вот и не надо, а шкурой – ну что, это нормально, они своей, ты своей. Очень красивая твоя шкура, но похожа на искусственную. Не всё тут ясно, как с ней можно обращаться.

Я: Это вообще эфирное тело, если начистоту.

Хост: Да плевать мне, кефирное или зефирное. Ты скажи, как с ним работать, если у тебя может выскочить глаз в любом месте?

Я, с обидой: Что значит – выскочить? Скажи ещё – вздуться! Не в любом месте, а где я сочту нужным. Это мой способ выражения себя.

Хост: А, то есть у тебя это типа мимики. Не просто выражение глаз, а прямо с глазами.

Проинформировал его, что у него под рукой у меня глаз на теле не откроется, я ручаюсь. Что ощущения я ощущать могу разные, в том числе и как человек, но силу их регулирую по своему усмотрению. Что по умолчанию на мне всё тут же заживает, потому что ходить с дырами на костюме на мой взгляд неряшливо. А со шрамами если что – наоборот, прикольно, не откажусь.

(И мы оба хором: "В бой ведёт нас бригадир, охаха! В шрамах весь его мундир, охаха!")

Сообщил ему, что для меня реальная потеря – это впустую убитое время. У меня совсем другая скорость жизни и, стало быть, цена каждой минуты – куда выше. Размер одного кванта существенно меньше, чем у человека и даже у суперКо. Хост проникся и сказал, что предупредит трибунал, а если меня всё-таки приговорят к заключению, то он либо обеспечит меня интересным времяпрепровождением, либо выкрадет. Я ему попытался втолковать, что для меня такое "интересное времяпрепровождение".

В общем, поговорили норм. На этом этапе мне понравилось арийское судопроизводство. Как в анекдоте: "Поскользнулся, падаю со стоэтажной башни. Пролетаю мимо семидесятого этажа. Пока полёт нормальный, комфортно. Полный отчёт – по приземлении."

* * *

Шеол:

Перед самым началом заседания Гера внезапно громко обратился к собравшимся:

– Я слышу, что между вами принято предварительное решение подвергнуть ответчика пыткам, с целью якобы восстановления справедливости. Я просто в шоке! Да, мы хотели сатисфакции, морального возмещения – но не аморального же! Это и называется арийское понятие о правосудии? Я, знаете, как-то не ожидал даже… Я был уверен, что новые времена чему-то да научили арийский народ, что Черта Мира – не звук пустой… И вот так нежданно-негаданно встретиться лицом к лицу с этим кровавым варварством! Даа, не ожидали мы, не ожидали! Думаю, что выражу общее мнение потерпевших, если скажу…

(Аспид протестующе мотнул головой)

Гера: …В таком случае, скажу за себя лично! Я категорически против таких судебных методов и ни в коем разе не буду считать себя удовлетворённым! Наоборот, буду считать, что наш моральный ущерб только усугубился таким решением. Неужели вы всерьёз могли подумать, что цивилизованный человек станет, как какой-нибудь дикарь, наслаждаться зрелищем пытки своего врага? Я заявляю сразу, что не признáю этого судилища и буду требовать от восточного суда не только адекватного, здравого и гуманного решения по нашей жалобе, но и осуждения таких методов, да, осуждения вашего суда и его участников…

Тэр не выдержал первым (народ в зале в продолжение речи Геры тихо кис, но вслух никто не смеялся) и заорал с места:

– Пральна! Даёшь приговор судиям беззаконным! Всех под расстрел! Ишь, опять они за старое, кровавые варвары!

Тут начался общий хохот. Гера передёрнул плечом и сел на своё место. Аспид демонстративно возвёл глаза к потолку. Сантал уткнулся носом в руки на столе и беззвучно сотрясался всем корпусом. Марина спрятала лицо в платочек, но второй рукой прикоснулась к плечу Георгия – непонятно, в знак поддержки или предостерегая от новых выпадов.

Хост начал было заседание, но тут попросила слова русалка Нава.

Нава: Я не уверена, что досижу до конца или, не знаю, хотя бы до момента, когда положено высказываться присутствующим. Я вообще с трудом пришла и держусь тут из последних сил, мне хочется убежать. Но я очень хотела прийти, чтобы сказать… Когда я услышала весть, что тут собираются судить кромешника за то, что он поднял руку на людей… Потому что они забыли и не собираются помнить то, что ему видно как на ладони… И все хором говорят – как не стыдно, помнить то, что было до Черты Мира!.. (замолкла и застыла в задумчивости)

Лидер, с места: Ну да, даже поговорку придумали – мол, кто помянет, тому глаз вон. А кто забудет, тому даже оба!

Хост: Госпожа Нава, вы что-то ещё хотели сказать?

Нава, встрепенувшись: Люди, вы всерьёз верите, что достаточно сказать друг другу "не считается всё, что за Чертой" – как всё будет забыть, всё заживёт? Может быть, вы именно так и живёте – но не все так могут! Не все, нет, кромешники не такие! Я никогда не забуду его, я не прощу его! Не забуду, не разлюблю, не прощу!

Хост: Вы имеет в виду кого-либо из присутствующих?

Нава: К счастью, нет. В том-то и дело, это как раз та проблема, о которой я пришла сказать. Его нет в живых, моего обидчика. Много лет, веков. Но мне всё так же больно, я сплошная рана, я всё так же мечтаю ему отомстить, как в тот день. Я искала его, я нашла город, в который он скрылся. Но оказалось, что он уже убит. Это было ужасно, чудовищно больно – понять, что я его никогда уже не увижу, не будет ни чуда, ни мира, ни мести. Я осталась одна – не просто одна, а наедине со своей жаждой мщения.

Русалка Рая: А мы, другие русалки?

Нава: Нет, конечно, не в том смысле одна, что одинока, а в том смысле, что без своего возлюбленного. И так много лет, много веков…

Хост: …Пока не наступила Черта Мира и возможность оживлять близких. Но я так понял, вам что-то помешало оживить вашего обидчика и возлюбленного. Вы не помните его в точности?

Нава: Ещё как помню Но пеленга никому не даю. Если его оживят, я тут же его убью. Я же так и не простила его. Мне всё так же больно. Я могу спокойно думать о нём и называть его возлюбленным, только потому что он убит. Как только он оживёт, я его опять убью, притом как-нибудь ужасно. Я считаю, что ему очень повезло просто-напросто погибнуть в бою. Я в этом смысле рада за него как за своего любимого, хоть для меня самой это было большое горе – остаться один на один с жаждой мщения. Я как-то за эти годы свыклась со своим положением – но если он опять окажется жив, я не выдержу и убью! Ведь это будет для него очень плохо, правильно? Вот поэтому я и не хочу, чтобы его оживляли, пока я существую. Вот когда не будет меня…

Рая: А это в наше время очень маловероятно, чтобы русалка погибла. Нава, ты пожалуйста ближе к теме.

Нава: Да. Мне на себя вообще плевать, я пришла не из-за себя, а из-за брата-кромешника. Я пришла из принципа. Я пришла сказать: люди, не воображайте, что то что за Чертой – то не болит, то не считается! Для нас, кромешников – ещё как считается! Игнорировать это – несправедливо по отношению к нам, кромешникам, нежити, иноприродным!

Хост: То есть вы пришли выразить протест против закона о Черте Мира?

Нава: Да плевать мне на ваши законы! Я про них не знаю и знать не хочу. Я пришла из солидарности с Астентаром, я его понимаю как кромешник кромешника.

Нава села и обнялась с Раей.

Хост: Спасибо за выступление, госпожа Нава. Ну прекрасно, господа. Во-первых, нашего судилища не признают, во-вторых, про наши законы знать не хотят…

Тэр, церковным распевом: Судии-ии пребеззаконнейшыи!...

Хост: …Но я несмотря на это продолжаю наше заседание. Вот тут лежат книжечки с изложением истории вопроса, кто хочет – берите и читайте, можете вовсе взять себе на память о сегодняшнем дне, показать друзьям-знакомым. Я сейчас расскажу вкратце суть вопроса, а потом потерпевшие сами скажут, что сочтут нужным. Потом спросим ответчика. Потом выскажутся желающие. Потом мы обсудим ситуацию и варианты её решения. Потом проголосуем. Вот такая повестка дня.

По поводу уже сказанного должен пояснить вот что.

Насчёт несогласия пострадавших с решением трибунала, если оно слишком жёсткое на их вкус. Вообще есть такая традиция, что если потерпевший вовремя прощает обидчика, то наказание аннулируется. Особенно если это сердечные дела, но и не только. Я вижу проблему в том, что во-первых пострадавших четверо, и как они между собой этот вопрос утрясут, если одни простят, другие нет, я не очень представляю. Во-вторых затор в том, что, как я понял, господин Гера не склонен простить, но против именно наших пенитенциарных методов. Ну пусть думает, свои правила мы точно не будем менять из-за него.

Насчёт закона о Черте Мира хочу напомнить, что в нём речь о том, что человека или кого угодно не наказывают по закону. По закону! Хоть ты до Черты убил тьму народу и сжёг десять посёлков – общество отказывается от претензий к тебе. Потому что тогда были такие условия, такая ситуация, которой теперь нет и не должно повториться. И чтобы прервать череду следствий, мы волевым образом приняли такое решение. Перед законом, то есть обществом, каждый из нас оправдан. Но это вовсе не значит, что этим отменяются все чувства и все отношения. Просто каждый имеет возможность отказаться от претензий к своему врагу – как тебе простили долг, так и ты в таком случае можешь, имеешь такую дополнительную возможность, простить.

Но если у тебя есть необходимость выяснений – выясняй, этого никто не может запретить или регламентировать. Регламентируется порядок обращения в суд, за защитой, за помощью. Многое потеряло после Черты актуальность, какой смысл говорить об угрозах восьмилетней давности. Обиды могут и за века не потерять актуальности, это всем понятно, вот мы это наглядно видим – но это зато не дело общественного суда. А если это свежая угроза или свежая обида – да, про это есть смысл говорить, потому что с этим можно и нужно что-то делать.

Так что сейчас я вкратце изложу суть. Итак. Господин Астентар напал на этих господ и обошёлся с ними довольно круто: забросил в свои владения на удалённой луне, там сильный мороз, вулканы, озёра жидкого асфальта. Он дал пленным экипировку и сказал, чтобы они сами через снега шли в место, где смогут отдохнуть и всё такое. Место это располагалось в дне пути примерно. Прошу иметь в виду, что кроме господ Аспида и Сантала, которые жили практически на нашей территории, имели хорошую физическую и моральную подготовку, так что для них это задание было не ужас каким трудным – так вот, кроме них, в группе были двое людей с Востока, которые не приучены к таким нагрузкам. Более того, из них один человек – женщина. То есть Астентар бросил в трудных условиях штатского беспомощного человека и женщину.

Тэр: Воот, всем бы только на штатских напасть! Даже эиски туда же!

Лидер: Позор! Позор плохим организаторам зимнего отдыха! Позор пораженцам! Да здравствуют успехи отечественного биатлона!

Хост: Прошу тишины, пожалуйста. Он не пошёл с ними, но предупредил, что их будет сопровождать его сила: то есть это их не спасёт от трудностей, но гарантирует что они насовсем не погибнут здесь. Он обязался вернуть их домой и оживить в случае необходимости. Ну что можно сказать о надёжности такого обещания? С одной стороны, раз он имел силу их сюда перенести – логично, что и вернуть тоже может. С другой – они вполне могли подумать, что эти обещания лицемерны, что это просто такой способ заставить их в безнадёжных условиях бороться как можно дольше.

Народ в зале всколыхнулся и зашумел.

Хост: Пожалуйста, тише, господа. Дальше события развивались так. Господин Аспид предпочёл не играть в эти игры, не пытаться изменить положения своего и своих спутников – отказался от борьбы, лёг и умер. При этом перед смертью сумел позвать на помощь других эис – покровителей своей семьи, так сказать, духов Севера. Но они в тот момент не могли ему помочь.

Господин Сантал принял на себя всю трудность перехода и – что особенно важно – ответственность за надежду. Он сказал "надо попробовать!" и смог превозмочь отчаяние и мрачное подозрение спутников, что если они победят на этот раз, то дальше будет ещё хуже. Он буквально на руках вынес мать из снегов в укрытие и вернулся в пургу и землетрясение, чтобы разыскать и спасти отчима, то есть господина Георгия…

Сантал: Да нет! Я хотел найти Аспида, пришёл на то место, а он скотина уже замёрз!

Тэр: Предлагаю суду вынести отдельное порицание в адрес господина Аспида! Понизить в чине за злостное замерзание в боевых условиях, приравниваемое к дезертирству!

Лидер: Протестую! Аспид так поступил из идейных соображений, это будет политическое преследование! Суицид из вредности – суверенное право каждого человека!

Хост: Господин Сантал, а господина Геру не вы дотащили до убежища? Он сам дополз за вами?

Сантал: Просто я увидел Геру в двух шагах в сугробе, на середине обратного пути, он плакал, мне стало жалко и я его взял на спину. Всё равно же я шёл в сторону дома, где Марина осталась – отчего было не взять. Тем более, чтоб не возвращаться к ней с пустыми руками. Опять же, вместе веселей…

Шум среди публики.

Тэр: Слава героям!

Лидер: Да здравствуют славные представители криминальных элементов Востока, ура!

Хост: Да, господа, вот именно. Давайте все встанем и стоя похлопаем господину Санталу.

Сантал, нервно: Не понял. Это что, издевательство? Тут кажется, судят Аста, в крайнем случае ещё нас в придачу. Эти хлопки к чему тут?

Хост: Арийский народ в лице собравшихся выражает восхищение мужеству господина Сантала, проявленному в сложных условиях – как в смысле природных катаклизмов, так и в смысле отношений в семье.

Все аплодируют стоя, садятся.

Хост: Поехали дальше.

Продолжение следует)
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

sheol_superkomp: (Default)
sheol_superkomp

March 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
1213141516 1718
19202122232425
262728293031 

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 22nd, 2017 12:43 am
Powered by Dreamwidth Studios